Алена ковалевич 28 лет каховка знакомства

Полина Ковалевич

алена ковалевич 28 лет каховка знакомства

В России более 10 лет действует межрегиональная общественная ФАНО Елена Аксенова. - Мы готовы вас выслушать, рассмотреть даже Возраст участников ограничивается 28 годами, размер гранта - тысяч рублей. цепочки, считает исполнительный директор кластера Денис Ковалевич. Хотите найти девушку или женщину с именем Лилиана Ковалевич? Воспользуйтесь нашим поиском по именам и Зарегистрируйтесь, чтобы знакомиться. Елена Ковалевич Ксения, 28 лет, Москва Даша, 30 лет, Каховка. Мы начали международную экспансию более двух лет назад. .. Ковалевич отметил, что сейчас 13 компаний кластера уже portfolio investments with 28 IPOs and 43 M&A liquidity events. Гродно, Херсонской области ( Украина), Новой Каховки, Пинска, Елена Пантелеева.

Разрабатывали вторую версию системы, проданной в Германии. Но на свет она так и не появилась: Я в это время уже написанием кода не занимался, за это отвечал мой приятель, с которым мы вдвоем создавали ту первую версию. И моим делом было стратегическое развитие. Проще говоря, думать, что делать дальше, пока все деньги не проедены.

И тут я вспомнил, что несколько моих однокурсников уехали работать в Японию. Приглашающая сторона их год обучала японскому языку за свой счет, а потом они должны были приступить к работе в этой фирме как рядовые сотрудники. Но через год в компании начались финансовые проблемы, и будущий работодатель со всеми восточными реверансами извинился, что не может принять их на работу.

И вот трое ребят решили остаться в Японии. Японцы приходили целыми делегациями, внимательно слушали, расспрашивали про технологии. И вот одну группу из NEC заинтересовали два наших предложения: А микроэлектронный гигант Intel, между прочим, до года был номером два в мире по производству полупроводников. При этом к нам на презентацию пришел сам Гото-сан, очень уважаемый человек в японской индустрии, создатель первого японского ПК NEC. Он в нас поверил и начал помогать. На него глядя, и другие японцы отнеслись к нам внимательно.

алена ковалевич 28 лет каховка знакомства

Надо сказать, что у NEC был огромный портфель решений и амбициозные планы по превращению японских компьютеров в GPS-приемники и устройства для коммуникаций. Это был большой проект, который мы по их понятиям соглашались выполнить за очень невысокую цену. И вот с этой компанией NEC в году мы заключили контракт на полмиллиона долларов.

Потому что после подписания контракта выяснилось, что команда из уважаемого института, которая должна была выполнить проект, в срочном порядке отбывает на ПМЖ в Германию. Всем им компания Siemens предложила постоянную работу. И мне пришлось срочно искать новых исполнителей. Помог отец, он профессор, связист, быстро собрал команду.

В те времена было немало квалифицированных специалистов, которые за разумные деньги делали отличные разработки. И первый заработанный миллион относится к японскому периоду. Это крайне тяжелая задача, но мы этого добивались.

И в результате смогли уйти от модели заказной разработки, получив возможность тиражировать наши продукты. Но наш японский бизнес закончился в связи с экономическим кризисом года. Компания NEC тогда даже продала свой небоскреб в центре Токио и столетний юбилей отпраздновала в году очень скромно.

И в Toshiba с нами распрощались, рассыпавшись в извинениях. А я к тому времени уже мотался по всему миру, ездил на выставки и конференции в области коммуникаций и навигации, везде пытался найти партнеров и клиентов. Так в году в нашей жизни появилась Америка. Оказалось, что и там востребован телекоммуникационный софт. В США нас, честно говоря, не ждали. Пришлось потратить немало сил и лет для того, чтобы начать системно продавать наши продукты в этой стране.

Мы продолжали писать отличный софт для телекоммуникаций, но только в году подписали контракты с Texas Instruments и Agere. А в конце года я написал имейл основателю Skype Никласу Зеннстрему — про то, что у нас есть голосовые движки программы, передающие голос по сети Интернет, которые буквально озвучивают Skypeпричем лучше, чем у другого их поставщика.

Никлас мгновенно откликнулся и пригласил в свой лондонский офис. Тогда это был обычный подъезд, никакой вывески, даже секретаря. На столике у двери — толстенная папка с публикациями про Skype в прессе за последнюю неделю.

В году у Skype было уже 50 миллионов пользователей. Но компания лицензировала голосовой движок у одной американской компании, а движок, обеспечивающий peer-to-peer-соединения то есть между двумя пользователями— у.

Вскоре Skype стал нашим клиентом. Сегодня, правда, только в области видео. Свой собственный голосовой движок они разработали через пару лет после начала нашего сотрудничества, точнее, купили американскую компанию.

Год й — вообще знаменательный. Тогда, посмотрев на успех Skype, все софтверные компании опомнились, что их потребителям нужен голос по IP. Мы подписали лицензионные договоры с Oracle, Adobe и Microsoft. Наши американские конкуренты подписали договоры с Google, Yahoo! Надо сказать, что производителей голосовых и видеодвижков сегодня в мире меньше, чем ядерных стран. Microsoft пришел к нам сам из своего Сиэтла — ничего, говорят, не надо рассказывать, мы все про вас уже знаем, хотим купить лицензии на все ваши VoIP-продукты.

Я им, честно говоря, даже не поверил. Несколько месяцев мы с ними плотно работали: И вот месяца через три контракт готов, цены утверждены, план работ инженерных команд согласован. И тут оказывается, что их старший вице-президент решил, что VoIP — это ключевая технология, и Microsoft все-таки будет делать ее.

А все, что обсуждалось мы же в Microsoft честные бизнесмены! Вместо этого контракта мы заключили с Microsoft другой, с подразделением, которое занимается продуктами видео-конференц-связи. Сегодня компания Polycom перепродает это решение под своей торговой маркой.

Свой движок делали только мировые софтверные лидеры Skype, Microsoft, Google, которые посчитали коммуникации стратегическим направлением. Skype и Google купили американских производителей, Microsoft сделал движок сам не считая, конечно, покупки Skype. Все остальные покупают лицензии. У нас прямые лицензионные договоры более чем с технологическими лидерами во всем мире, которые используют наши движки. Наши клиенты продают более 60 процентов смартфонов в мире.

То есть наш софт, установленный на процессоре смартфона, обрабатывает голосовые сигналы. Музыкальные плееры Apple iPod, iriver, Creative и.

Большая часть сделок структурирована как роялти, то есть мы получаем отчисления с каждого проданного устройства или канала. Потенциал рынка ИКТ огромен. Более того, с каждым годом перед компаниями ИКТ-отрасли появляются все новые и не менее интересные, чем прежде, задачи. Возьмите, например, ситуацию с внедрением в мире стандарта мобильной связи LTE.

А тем временем индийский оператор Reliance нашел способ опередить своих конкурентов и приобрел у SPIRIT видеодвижок, который позволит передавать HD-голос в собственных LTE-сетях, не дожидаясь появления на рынке 4G-смартфонов с поддержкой голоса.

Он позволяет организовывать видеоконференции с помощью обычных офисных ПК, подключенных к Интернету по операторским каналам. И есть обратная связь на экзоскелет. То есть если у пациента зашкаливает давление, то очевидно, что врач должен об этом знать в тот момент, когда это происходит, он должен видеть динамику изменения как пульса, так и давления, и прочих других параметров. По стоимости вашей продукции: И к тыс.

Вполне серьезно для физлиц, стоимость кроссовера среднего класса, условно говоря. Сейчас я, наверное, могу поспорить. Год назад, наверное, кроссовер действительно стоил таких денег. А сейчас, в связи с изменением курса, цены выросли почти в полтора раза.

  • Лилиана Ковалевич
  • Полина Ковалевич

Но у вас ничего не меняется? У вас в этом смысле полная независимость от международных рынков и от валюты, от всего прочего. Наверное, это первый раз в нашей жизни, когда изменение курса, скорее, является позитивным фактором. В первом приближении позитивным. Очевидно, что в целом для экономики это негативный фактор. Для нас, как для элемента экономики, тоже негативный фактор.

Но в краткосрочной перспективе это, скорее, плюс. Потому что это — сложности по выходу на российский рынок у других компаний. У вас процентная локализация, Вы хотите сказать? Мы покупаем только двигатели. И в рамках себестоимости процент двигателя очень незначительный. Двигатели и сенсоры — это небольшой процент. Мы, безусловно, подвержены опосредовано. То есть если изменился курс, то очевидно, что стоимость механообработки даже в России тоже вырастет.

Но не так значительно, как изменение курса. Влияние все равно есть, но не очень большое. Давайте тогда 2 слова о бизнесе, поскольку Вы же занимаетесь всеми этими финансовыми делами, расчетами и так далее. Насколько велик рынок, и на какую долю его вы рассчитываете? А кто еще присутствует на российском рынке? Сейчас из экзоскелетов нет сертифицированных продуктов.

Соответственно, они недоступны для российских пользователей, как и для российских врачей. Есть другие инструменты реабилитации. Это достаточно большая система, которая устанавливается только на базе клиники, стоит порядка млн рублей.

И это инструмент для механотерапии. То есть это инструмент для реабилитации, когда пациент почти как в экзоскелете встает на беговую дорожку, его пристегивают, включают определенную программу, и он по ней ходит. Похоже, но с существенными ограничениями. Во-первых, потому что нельзя унести домой и продолжить процесс реабилитации на дому, а главная задача — после того, как человек из клиники был отправлен врачами домой, он должен продолжать восстановление.

Иначе все достигнутые результаты нивелируются со временем, эффекта не будет, человек не восстановится. А процесс реабилитации продолжается от года, полутора, двух. Это год и больше, не месяц.

Поэтому очень важно дать ему инструмент, с помощью которого он мог бы ходить дома и восстанавливать свою функцию ходьбы ежедневно. Так вот, есть аналоги, условно наши конкуренты на российском рынке сейчас, это Lokomat и инвалидные коляски как средство передвижения. Безусловно, не как средство реабилитации, а как средство передвижения. Плюс есть некоторые другие тренажеры, которые позволяют людям тренировать двигательную функцию.

Потребителем Вашей продукции будет государство в лице больниц и реабилитационных центров? Сейчас порядка 8 тыс. Это больницы различного уровня. И среди них незначительное количество частных клиник. Поэтому, безусловно, наша задача — сделать такой продукт, чтобы каждая клиника захотела его использовать для процесса реабилитации. Потому что задача клиники — как можно быстрее восстановить пациента и здорового отправить домой.

Поэтому эффективный продукт должен сам за себя голосовать. Плюс порядка тыс. Соответственно, инсульты сейчас как заболевание в списке смертности стоит на 3-м месте. Опасная штука очень, но тех, кто выживает, хочется восстановить. Инсульт сейчас заболевание молодеющее. Соответственно, если раньше инсультные больные были старше ти в основном, то сейчас — начиная от ти лет.

Молодые люди, которые должны продолжать работать, у которых должна быть полноценная интересная жизнь. Соответственно, они должны восстановиться. И ExoAtlet как инструмент реабилитации для неврологических больных — очень правильное позиционирование. Я могу ошибиться в деталях, но в стране порядка 40 тыс. ДТП и как следствие — много людей с травмами, которых нужно восстанавливать. Если человека после травмы сразу поставить вертикально и заставить его ходить, то вероятность восстановления существенно возрастает.

Читал интервью, кто-то из ваших потенциальных, наверное, инвесторов говорил о том, что если серьезно подходить, то миллионов долларов надо в это дело вложить, для того чтобы оно пошло. У вас, насколько я понимаю, таких денег не было, но какие-то инвестиции вы получали уже? У нас есть 2 ангела, которые нас профинансировали, у нас были собственные средства, которые мы вкладывали в проект. И сейчас мы на этапе привлечения крупного инвестора, это российский фонд.

Мы надеемся, что у нас все случится в ближайшее время, и мы об этом отдельно расскажем. Этот фонд профинансирует разработку прототипов, изготовление первых прототипов, разработку версии-pro. У нас было какое-то количество денег, просто тыс. И фактически сделали тот прототип, на котором наш пилот ходит уже с октября.

Вы уже там сидите или нет? И планируем туда переехать в конце весны. Освобождение от налогов — это раз, все об этом говорят. Мы пока не чувствуем на себе освобождения от налогов. Хотя нет, налог на зарплату существенно снижается. Это PR-поддержка и возможность контактов с потенциально важными, интересными для проекта партнерами. У них достаточно большой отдел по работе с инвесторами, они помогают правильно упаковать проект таким образом, чтобы привлечь инвестиции на нужном раунде.

Дарья Ковалевич

Они работают с патентами, юристы-патентоведы. Их задача — работать со стартапами и мотивировать их вовремя и быстро подавать патенты.

У вас патентоёмкое, насколько я понимаю? У нас очень патентоёмкий проект, поэтому мы пользуемся активно и активно сотрудничаем с коллегами.

Они помогают нам, консультируют.

алена ковалевич 28 лет каховка знакомства

Сейчас мы подали уже 3 заявки, 2 из них у нас в рамках PCT подано, это международное патентование, и третью заявку мы подаем сейчас тоже в рамках PCT. Плюс это подача и правильное оформление товарных знаков, торговых марок и так далее. У вас же должна быть какая-то производственная база? В любом случае, свой цех у вас по производству или лаборатория есть?

Дарья Ковалевич

Не можете, наверное, там разместить? Мы планируем контрактное производство. И это очень обоснованная с нашей точки зрения позиция. Потому что у нас будут модификации выходить достаточно регулярно. И контрактное производство должно уже изначально быть построено гибко, чтобы внедрять каждую следующую модификацию практически без остановки процесса изготовления.

Более того, мы научный стартап, мы плохо понимаем, как организовывать производство. А надежность должна быть очень высокая. Потому что фактически мы отвечаем за здоровье человека. И в этом смысле мы искали партнера, который был бы, во-первых, технологичен, во-вторых, хорошо умел работать с нужными нам материалами, то есть с металлами, и понимал, какой контингент является нашими клиентами.

Это люди с ограниченными возможностями, что для них важно, и каким образом оптимизировать процесс производства так, чтобы удешевить производство, но при этом не потерять такие важные качества, как безопасность на выходе. Поэтому мы, к счастью, нашли производственного партнера, с которым мы сейчас будем делать предсерийный образец.

Мы об этом отдельно расскажем.

Юрий Ковалевич

И думаем, что этот же производственный партнер будет заниматься дистрибуцией. Что самое сложное в бизнесе? Такой простой журналистский вопрос, всегда спрашиваю. Потому что самое сложное — это идея, коллектив, то есть мозги, коллективная работа, упаковка, маркетинг, продвижение — либо производство?

Вот в реальной жизни вашего стартапа, который со всех сторон, нужно и то, и второе, и третье, и четвертное. Мы верим в то, что продвижение получается легко, когда продукт правильно собран. Когда клиент четко понимает, что этот продукт ему подходит. Это такой постулат, который кажется очень банальным, но это соль, это правда. Если вам дать хороший продукт, вы никогда от него не откажетесь.

Вопрос адекватной, то есть доступной цены, либо инструментов, которые позволят вам это купить в рассрочку либо взять в аренду. Но мы должны четко выявить потребность, в чем именно она заключается, и сформировать этот минимум valueproduct.

То есть какой минимальный набор функциональности должен быть, для того чтобы этот продукт был востребован. И это, на самом деле, сложная задачка, потому что отсегментировать наших клиентов непросто. В России отсутствует статистика. По крайней мере, нам не удалось добиться хоть от кого-нибудь вменяемой статистики по заболеваниям. Мы до сих пор не можем сказать, сколько в нашей стране людей с травмами позвоночника разного типа, с очувствлением или без, где эти люди, как они распределены по стране и как они лечатся.

Поэтому фактически мы сейчас должны сделать универсальный ExoAtlet, который бы подошел людям с различным уровнем травмы. И мы могли бы его адаптировать, чтобы покрыть достаточно широкую аудиторию. Потому что распределение платежеспособного населения у нас равнозначно как среди здоровых людей, так и среди больных, пострадавших. Вопрос, как именно пострадали эти люди и что с. С другой стороны, очень важно сделать продукт, который можно было бы включить в список технических средств для реабилитации, которые субсидируются государством.

Фонд социального страхования, например, заинтересован в том, чтобы ExoAtlet был как продукт, который был бы доступен людям, которым он реально необходим для реабилитации, но которые не имеют возможности купить его или взять в аренду. Это очень логично, что государство должно субсидировать. Вопрос, какими особенностями обладают эти пострадавшие люди, это сказать никто не.

Потому что здоровы-то мы все одинаково, а больны все по-разному. И главная задача — как сделать такой продукт, чтобы, не зная распределения статистики, он подошел максимальному количеству людей. Это совершенно отдельная история, для них нужно делать свой продукт.

А еще есть пожилые люди, у которых не было травм и инсультов, но они просто пожилые, им нужно просто помогать ходить. То есть теоретически рынок большой даже в России? Да, рынок очень большой. А по внешним проявлениям, по выходу на международные рынки? Насколько вы готовы к этой перспективе? Есть вопрос с защитой интеллектуальной собственности, потому что западные проекты начали разработки 20 лет. И пик активного патентования у них случился лет. Это был период, когда они активно подавали патенты.

Мы будем выходить на международные рынки. Мы понимаем, что ситуация с IP будет сложная. Мы сейчас активно обходим, пытаемся лавировать, все поданные и доступные, уже фактически опубликованные, патенты. Но ведь еще заявки, которые находятся на стадии рассмотрения, которые недоступны, они еще не опубликованы. Соответственно, мы не понимаем, что там написано.

То есть вы даже не знаете, пиратствуете или нет в этом смысле, да? Разработчикам сложно пиратствовать, это компания, которая уже организовала производство и будет продавать на какой-то территории, может пиратствовать. А разработчики, они… JSON. Разрабатывают себе и разрабатывают.

08.09.18 ЗЕРКАЛО: Дима из Новой Каховки - смотреть ПОЛНОСТЬЮ!

Маркони, Попов, не важно кто, каждый сам по. Поэтому в тот момент, когда мы выйдем на международный рынок, мы обязательно туда пойдем, мы проводили разные серии переговоров, и на Ближнем Востоке, и в Азии, и продукт очень интересен. Видимо, нам нужно будет вести переговоры с коллегами, которые занимались похожей разработкой в тех местах, которые они запатентовали раньше. Потому что спорить о том, что все патенты наши, достаточно бессмысленно. Сколько компьютерного бизнеса в вашем проекте?

Это некий мощный процессор, который управляет им, либо просто элементная база какая-то? Можно сравнить по мощности, не знаю, вычислительной, что .